Наши друзья

Клуб «Тэнгу Про» Самооборона и Подготовка бойца Кёкусинкай карате в Мурманске

Клуб «Тэнгу Про» Самооборона и Подготовка бойца Кёкусинкай карате в Мурманске
Международная бойцовская организация Кёкусинкай (WFKO)

Вход в систему

ДОКУМЕНТЫ

Подписка

RSS-материал

Яндекс.Метрика

Акция

ЧЁРНЫЕ ПОЯСА - ВЛАДИСЛАВ ПОЛТАВЕЦ

Вновь представляем рубрику «Золотые пояса». В ней мы рассказываем о руководителях клубов, сэмпаях, обладателях Данов. Тех, кто, передавая свои знания и опыт, вдохновляют. Тех, кто, преодолевая, в первую очередь, себя, учат побеждать. Тех, с кем общаешься и понимаешь - за этими людьми стоит идти. 

 Этот материал - о Владиславе Григорьевиче Полтавце, Президенте Североморской городской федерации Кёкусинкай, руководителе клуба "Тэнсинкан", Сафоново.
 
- Владислав Григорьевич, вспомните тот момент Вашей жизни, когда Вы познакомились с кёкусинкай каратэ.
- Это был Воронеж, военное училище, тогда я занимался рукопашным боем. В нашем училище было два офицера, два брата-близнеца Антон и Андрей. Один из них с 3 Даном по Кёкусинкай, другой с 3 Даном по тхэквондо. Тот, кто преподавал Кёкусинкай, был курсовым офицером на параллельном курсе, и у него была группа своих учеников. Попасть к нему было просто невозможно. Он вел только своих ребят, начиная с первого курса и до окончания училища.
В 1991 я впервые услышал о кёкусинкае и его основателе Масутацу Ояме. Тогда мне это было в диковинку, но, увидев ребят, которые выступали на соревнованиях по рукопашному бою, мне стало все ясно. И волею судеб на третьем курсе я с этими ребятами попал на стажировку. Были определенные моменты, в которых я убедился, что это самый мощный стиль карате. Невзирая на то, что ребята были примерно моего телосложения, им было абсолютно не страшно перед противниками, которые были намного их тяжелее, выше. Однажды я пришёл в тренажерный зал и встретил их учителя по Кёкусинкай. Однако, несмотря на все мои просьбы записаться к нему в секцию, он вежливо, но все же мне отказал.
А вот 1993 год стал для меня поворотным пунктом в жизни. Я только закончил училище и приехал служить на Северный Флот. Проходя мимо остановки, увидел объявление, на котором чёрным по белому было написано: «7 сентября 1993 года объявляется набор в секцию Кёкусинкай каратэ-до». Вот врезалось в память, да? Да! Поэтому, каждый год 7 сентября, я праздную этот день, учитывая, что в этом году уже круглая дата, а ещё и День Рождения 15 сентября…
- Опережаете Вы мой вопрос, Владислав Григорьевич! Получается, разница между такими знаковыми для Вас датами – чуть больше недели… символично?
- Конечно, конечно, символично! Хотя, получается, уже 41 год будет, но.... когда-то я думал, что 20 лет заниматься восточными единоборствами … это, ну, очень долго.
- То есть, в 21 начали?
- Да, именно Кёкусинкай-карате начал заниматься в 21 год. Не в 15, не в 6, а, можно сказать, уже в зрелом возрасте. Что-то знал, что-то умел, какая-то подготовка физическая была, общие понятия были, но не более того. И в разных источниках говорится о том, что мастером карате обычно становятся к 40 годам, так как все спортивные виды боевых искусств, так можно охарактеризовать тот же бокс, кикбоксинг, в них обычно мастера уже к 25 годам, ведь у них всё-таки всё заточено на результат. Бокс, кикбоксинг - это вид спорта, а карате - это вид боевого искусства. Центральное слово - искусство. Поэтому здесь многогранная, скажем так, основа для изучения себя не только физически, но и духовно. Достаточно много примеров, когда именно боевые искусства помогали человеку поверить в свои силы.
- Владислав Григорьевич, давайте лично о Вас. Расскажите о том моменте, когда благодаря Кёкусинкай Вы поверили в свои силы, ведь Вы и так - уверенный в себе человек.
- Ну, бывает, что и сомневаюсь, не так чтобы очень, но иногда бывает. Вообще сомневаться начинаешь, как правило, когда перестаешь активно заниматься Кёкусинкай.  Как только ты начинаешь снова на 100% отдаваться этому виду боевых искусств, сразу всё возвращается. Когда ты чувствуешь энергию в себе, когда ты видишь, сколько ты можешь  выполнить на тренировке, - да!
Что касается уверенности в себе, то это 2000 год. Кубок Заполярья. Финал. Против меня 1 Дан, мастер спорта. И на 40-й секунде я его роняю. Анатолий Викторович даже не успел видеокамеру взять, чтобы записать сей момент. Он спросил: «Что, уже всё проиграл?» Я говорю: «Нет, выиграл!» Он сделал круглые глаза, после чего ребята из Петрозаводска пожали мне руку и выдали приглашение на их турнир.
- Какой тогда был пояс?
- Зелёный пояс, 4й кю.
- Владислав Григорьевич, Вы - тот человек, без которого военная авиация Североморска не поднимается в воздух. По Вашей команде, да?
- Нет (смеется). По моей команде в воздух не поднимается. Я поднимаю по команде старших начальников, но в принципе, что-то около того, да.
- Как Вам удаётся совмещать настолько ответственную работу и тренерскую деятельность? Более того, Вы возглавляете Североморскую Федерацию Кёкусинкай, как выдерживаете баланс?
- Очень сложный вопрос. Не всегда удается совмещать приятное с полезным, как говорят. Служба всё равно занимает львиную долю времени. Учитывая тот факт, что всё-таки я в руководящем звене и очень много вопросов необходимо решать не только в рабочее время, но и в нерабочее, в праздники, в выходные. Поэтому есть какие-то спонтанные вещи, то есть, невзирая на праздники, субботы, воскресенья, служба есть служба. Я обычно говорю: «Мы - люди государевы».
А спорт… это уже моя вторая жизнь. Я уже по-другому не могу. Даже летом, честно скажу, за год, когда уже так, подустанешь от всего, где-то буквально месяц проходит. Всё. Уже тянет в зал, уже ногами-руками помахать, потому что тело требует своего. Хотя там, в принципе, тренажёрные залы, железо есть железо. А что касается именно карате, здесь уже какая-то потребность есть. Привычка, выработанная годами.
- Сколько человек под Вашим началом? В смысле службы.
- Это военная тайна.
- Хорошо, не будем этого касаться, раз военная тайна. Поговорим о планах творческих. Какие ближайшие цели ставите перед собой как тренер, руководитель?
- В ближайшее время как человек, который занимается боевыми искусствами, хочу повысить свой уровень, путём совершенствования своих навыков и умений и в 2014 году сдать экзамен на 2 Дан. Всё-таки уже пора. Тем более молодёжь…
- Наступает на пятки?
- В спину дышит, поэтому надо двигаться вперёд.
- Это то, что касается Вас лично. А Ваши ученики - сколько их? Или тоже военная тайна?
- Это не военная тайна, это зависит от набора, от года, от 18 до 25 человек, причем возраст от 6 до 43 лет. Это к вопросу о том, что многие говорят: «Мне уже 30 лет, я уже старый, да куда я там, у меня растяжки нет и так далее». Не верьте! Я сдавал экзамен на 10 кю, у меня приехал принимать экзамен мужчина, ему был 51 год, у него был 1 кю. Он начал заниматься в 33 года, а чёрный пояс получил в 52 года. Я думаю, что это показатель.
На осенних сборах в Медвежьегорске, если я не ошибаюсь, в 2011 году, на 1 Дан сдавал мужчина, 65 лет, профессор Волгоградского технического университета. Когда он показал мне свой будо-паспорт, у меня была просто немая пауза. Там были сборы у всех: и у Танюшкина, и у Арнейла. Не одни сборы были с Арнейлом, все, кто у нас значимые фигуры в европейском Кёкушине, все там были. В паспорте практически свободного места не было. Вот это человек. Он сдавал на первый Дан. Уже, правда, в третий раз. Но сам факт, что человеку 65 лет. Простите, нам бы дожить до 65, а о том, чтобы активно заниматься боевыми искусствами - вообще просто... Я в таких случаях говорю: "снимаю шляпу перед этим человеком".
- Несмотря на военную службу Вы активно ездите, приглашаете к себе в Североморск, - что Вас подталкивает?
- Здесь не так просто ответить. Дело в том, что я не могу так похвастаться, что Североморская организация настолько избалована приездом бойцов мирового, например, европейского уровня, да даже российского.
- Все-таки Роман Узунян - это мировой уровень, не скромничайте.
- Согласен. Просто я подвожу к тому, что у нас это первый раз в силу того, что мне удалось наладить дружеский контакт с Ромой, в виду того что я 3 месяца был в Питере на учёбе. До этого мы с ним неоднократно встречались на соревнованиях, на судейских семинарах. Я имел честь в 2005 году судить Северо-Запад с его участием. И вот с этого момента мы, не могу сказать, что стали друзьями, но, по крайней мере, мы плотно общаемся. Сейчас это уже более тесные взаимоотношения пошли. Учитывая тот факт, что Роман сам проводит работу по северо-западному региону в плане боевой техники, здесь всё совпало: наши желания, его возможности, опять-таки его желание. В первой половине учебного года были определённые трудности, но все удалось решить: и Роман Узунян приехал, и другие задачи нам удалось решить. Всё зависит от того, какие мы цели ставим. В данном случае мы просто накатываем дорожку для дальнейшего приезда других спортсменов. Я сторонник того, что лучшее - это враг хорошего. Если судить по опросу ребят, которые присутствовали на сборах, то всем понравилось, все остались довольны, поэтому я не считаю нужным менять коней на переправе.
Что касается Североморской организации, я считаю, что кёкусинкай изначально пошел из Североморска, в 1993. 7 сентября 1993 я стоял в паре с Анатолием Викторовичем Криводедовым: у него был жёлтый пояс, а я был в спортивном костюме. Тогда мы с ним познакомились, по крайней мере, визуально. Прошло 20 лет, в итоге, пожалуйста, из жёлтого пояса он стал Мастером. Действительно он стал Мастером боевых искусств, не Кёкусинкай карате, а боевых искусств. Потому что, кроме Кёкусинкай, у него достаточно чёрных поясов и третьих Данов по другим стилям и видам боевых искусств. Слава Богу, я тоже не подкачал - мне есть чем гордиться.
- Кого, кроме Анатолия Викторовича, Вы считаете своими учителями? Вы ездите на самые разные сборы, кто оставил след в Вашей душе? Кто эти люди?
- Довольно сложный вопрос, поскольку в виду того, что я военный, если уж говорить откровенно, я вел секции не только в Североморске. Я занимался с детьми в школе, в маленьком гарнизончике Корзуново. Я тренировал в Вологде, в поселке Федотово. Я вел тренировки под Архангельском, где мы познакомились с Артёмом Точиловым. Потом я вернулся, как цветик-семицветик, в Североморск. Так получилось, что я веду секцию в том месте, где начинал Анатолий Криводедов, - как-то всё взаимосвязано. А говорить конкретно об учителях... в любом случае, мне оказывал помощь Анатолий Викторович, когда я был только в начале пути. Он приезжал вместе с Анатолием Радченко, который, собственно говоря, здесь и основал первую секцию Кёкусинкай, когда я был в Корзуново, они вместе приезжали, проводили у нас сборы. Потом Анатолий Викторович приезжал ко мне в Кипелово (Вологодская обл.), принимал экзамены, оказывал посильную помощь в изучении Кёкусинкай. Что касается учителей, то я бы всё-таки склонился, что учитель - это всё-таки книги. По боевым искусствам в свое время много было прочитано художественной литературы, касаемо боевых искусств Японии, Китая, Индии в том числе. Наверное, так. В данном случае, я придерживаюсь пословицы не сотвори себе героя.
- О тренерской деятельности. Какие эмоции испытываете, когда Ваши ребята - на татами? Сердце не разрывается? Потому что смотришь на Вас и кажется, что эмоции зашкаливают.
- По-моему, Вы сами ответили на этот вопрос. В отличии, допустим, от Виктора Рожкова, он - сама уверенность, само спокойствие, просто говорит «бей двоечку», «бей то-то», я так не могу. Наверное, это черта моего характера. Всегда говорят, что тренер больше переживает за своего ученика, потому что сидишь, всё видишь, а сделать уже ничего не можешь. Уже и кричишь. Например, Юля Титкова выходит с татами, смотрит на моё лицо и понимает, что-то она сделала не так, и тренер совсем не рад её первому месту, ведь он видел там столько косяков! Спрашиваю: «Ну, что ты?» - «Но я же победила!» - «Ну, хорошо, что победила, но то, что я просил, ты же не делаешь?». Поэтому неважно, кто на татами - лучший ученик или просто начинающий, который проходит обкатку, у меня всегда сердце выпрыгивает - это точно.
- Как Вы заряжаете своих учеников? На тренировках суровы или, наоборот, сдержанны?
- На тренировках я суров. Не буду лукавить, я не белый и не пушистый и всегда считаю, что у белых и пушистых не может быть хороших результатов. У таких может быть просто клуб по интересам, где ребята занимаются, как в фитнес-клубе: пришли, помахали руками и ногами, все вспотели, выплеснули энергию и пошли. Если работать на результат, то, разумеется, надо человека толкать, подсказывать. Возникают моменты, когда надо просто человеку сказать, то, что ты делаешь уже недостаточно для того, чтобы занять призовое место. А когда, вот Юля Титкова, например, уже вкусила побед, соответственно, меньше, чем на первое она уже не согласна. И когда я вижу, что первым местом там и не пахнет, а ученица хочет... Но одно дело хотеть, другое - мочь. Это совершенно разные вещи.  Естественно, приходится ругаться, и потом в конце тренировки Юля на меня стоит дуется. Что ж тут такого? Если мы хотим выигрывать, значит, мы сражаемся. Если нет, я ей сразу говорю: «Будем драться?» - «Да!» - «За первое место?» - «За первое!» - «Тогда давай потеть». Иначе смысла нет человека напрягать. Я понимаю, что я трачу нервы, но я знаю,  ради чего я  этим жертвую и всегда же хочется, чтобы твои ученики чего-то добивались. Тогда смысл заниматься тренерской деятельностью есть. Хотя и тут дилемма - или это просто для здоровья, когда к тебе приходят люди и занимаются, скажем, растяжкой, изучают какие-то приёмы, или это спортсмены, которые конкретно настроены на результат. Они хотят побеждать. Ну, как правило, из них потом получаются лидеры и, я надеюсь, что и просто хорошие люди, которым помогает, как и мне в своё время, каратэ. Оно помогло мне не только в спорте, где я достиг определённых результатов, пусть и не таких больших, конечно, как Роман Узунян, но тем не менее. Я имею в виду те многочисленные моменты в жизни, когда я себе говорил: «Не отступать и не сдаваться!» Те жизненные ситуации не были связаны с единоборствами или, грубо сказать, с драками, где надо было постоять за себя. Да, было такое три раза, но это я не считаю главным. Главным, я считаю, каратэ чисто в эмоциональном, психологическом аспекте мне помогло. В первую очередь, это касается службы, ведь у нас очень большие психологические нагрузки. Каратэ мне невероятно помогло особенно в молодые годы, когда только пришёл лейтенантом, старшим лейтенантом, когда со службы не вылезал. С личным составом приходилось налаживать взаимоотношения, потому что когда постоянно новый гарнизон, новые люди, новый коллектив, приходилось опять... это не так чтобы 20 лет на одном месте прослужил, и все тебя знают, ты всех знаешь, уже ровные отношения. Ты знаешь, кто хороший, кто плохой, и ты знаешь, как к тебе относятся. А тогда приходилось каждый раз зарабатывать авторитет и проявлять свои качества. Именно боевые искусства помогли мне там, где надо было идти до конца, отстаивать свою точку зрения, не молчать, а доказывать старшим начальникам. Когда ты знаешь, что однозначно тебе дадут по шее, что это не понравится начальнику. Но если ты, извини меня, занимаешься боевыми искусствами, то как-то стыдно пасовать. Поэтому осознание того, что ты занимаешься самым мощным стилем карате и отступать или делать вид, что ты чего-то не заметил, просто стыдно.
- Владислав Григорьевич, Вы принимаете участие в различных тренировках. Какая самая яркая, самая запоминающаяся тренировка за 20 лет Вашего кёкусина?
- Ох! Очень интересный вопрос. Дело в том, что за 20 лет была не одна интересная тренировка. И я бы не сказал, что какая-то одна... что-то... У каждого инструктора есть своя изюминка. Допустим, я приезжаю к себе на Украину, у меня там есть друзья, которые также занимаются Кёкусинкай карате. Когда-то там достаточно интересная история произошла. Однажды я, приехав домой, в свой родной город, ходил по городу и вдруг на доме увидел эмблему кёкусинкай, и большими, громадными буквами было написано "Кёкусинкай каратэ-до". На тот момент я уже был бронзовым призёром Кубка ВМФ, зелёный пояс. Пришел, смотрю, там мужчина со 2 кю. Я говорю: «Здравствуйте, можно позаниматься?» - «Да, пожалуйста». Но, как говорится, рыбак рыбака видит издалека. Меня сразу расшифровали, потому что после того как один упал, второй упал, они поняли, надо что-то делать. В итоге поставили меня с самым сильным, тут уже я упал. Но когда второй раз я ему ответил, у нас такой коротенький разговор состоялся:
- Ты занимался?
- Да, я занимаюсь.
- Ну, понятно, чего? (а у него зелёный пояс).
- И у меня зелёный пояс.
- Ну, всё, тогда вопросов нет.
Прошло уже 15 лет. Мы дружим с самим инструктором Владимиром Ивановичем. Он на 10 кю сдавал Танюшкину, не сдал. Разозлился и, в конечном итоге, сдал ему на 1 Дан. После распада Советского Союза, к сожалению, школа ушла в другую федерацию. На данный момент Виктор Иванович Шубенко является Президентом Черниговской городской федерации, 3 Дан. Очень много интересного я взял у него. Сейчас на сборах у Ромы Узуняна перенял также много полезных вещей. Кроме того, в СПб я тренировался у своего друга Александра Друбецкого, он преподает муай тай. У него тоже очень интересная методика и сами тренировки. Как говорят, нет плохих школ, есть плохие ученики, я могу сказать, у каждого инструктора можно что-то почерпнуть. Если человек желает, он в любом случае найдёт что-то для себя.
Всегда с удовольствием записывал в свой блокнотик какие-то элементы, которые мне понравились. Естественно, что после 20 лет в единоборствах, всё уже понятно, но изюминка у каждого своя. Как говорят, с миру по нитке - бедному на рубаху, и вполне интересно получается. Тем более монотонность приедается, и такая встряска может быть полезна.
- Владислав Григорьевич, кто Вас поддерживает?
- Прежде всего, мои друзья. У меня сложился круг друзей благодаря моим занятиям. Приходили разные ребята, кому 30, кому за 30, которые были с лишним весом, которых долго уговаривали, чуть ли не в течение года. В итоге они начали заниматься, и, наверное, уже лет пять, как наша общая любовь к карате переросла в дружбу. Вне пределов спортивного зала, потому что ребята совершенно разные. Большинство из них работает в сферах, которые не имеют отношения к военной службе. Это Виктор Цытлов, Юра Юсупов, Александр Невмержицкий, Максим Галкин, Слава Попов. Это такой костяк, который верой и правдой всегда мне помогает в любых ситуациях, днем и ночью. Недавно я прочитал, что самое лучшее в жизни - это иметь друзей. Без друзей жизнь не такая яркая. Это те единомышленники, которые тебя могут поддержать и сказать правду невзирая ни на что, поэтому я думаю, это и есть те люди, на которых я всегда могу опереться.
 
Материал подготовили Анна Туркина, Виктор Рожков

data-yashareType="button" data-yashareQuickServices="yaru,vkontakte,facebook,twitter,odnoklassniki,moimir,lj,moikrug,gplus"

>